Государственно-монополистические тенденции в историческом развитии США были закреплены в годы первой мировой войны. «Переход к прямому государственному регулированию экономики и социальных отношений... — пишут об этом периоде советские историки, — свидетельствовал о том, что монополистический капитализм начал ускоренными темпами перерастать в государственно-монополистический капитализм». Доктрина государственно-монополистического регулирования получила к этому времени и идеологическое выражение в платформах двух буржуазных партий: республиканцы обозначили социально-экономический арбитраж и реформаторство государства как «новый национализм» (эта доктрина была сформулирована Г. Кроули и внесена в платформу партии Т. Рузвельтом), а демократы назвали свой вариант «новой свободой» (он был обоснован Л. Брандейсом и подхвачен В. Вильсоном).
Лидер демократов Вильсон, бывший президентом США с 1913 по 1921 г., не ограничивался требованиями, направленными на смягчение социальных конфликтов между монополиями и эксплуатируемыми массами. Он также считал необходимым бороться с эксцессами стихийного развития капиталистического рынка и производства. В частности, он был поборником федеральной резервной системы, которая являлась средством государственно-монополистического воздействия на финансово-валютную политику и должна была освободить капиталистическую экономику в целом от прихотей Морганов и других денежных «императоров» Америки. Вильсон признавал, что частное предпринимательство не в состоянии обеспечить полную занятость рабочей силы, и настаивал на развитии федеральных программ общественных работ, которые должны были смягчить один из главных пороков капитализма.
В 20-е годы в США наблюдается некоторое ослабление государственно-монополистического регулирования, а разрабатываемые в это десятилетие планы «индустриальной демократии» и социального патернализма мыслились как альтернатива государственно-монополистическим методам регулирования.
Лозанна
