Государственное социальное страхование

Система государственного социального страхования и вспомоществования становится со времен «нового курса» неотъемлемой частью государственно-монополистического регулирования в США, важной основой антикризисной и антициклической политики правительства. Резкое увеличение доли рабочего законодательства в серии государственно-монополистических мероприятий 30-х годов отразило и расстановку классовых сил в тот период: в отличие от начала XX в. движущей силой в борьбе за демократические преобразования в это время выступала уже не разоряющаяся мелкая буржуазия, а рабочий класс.
В качестве отличительной черты социальной программы Ф. Д. Рузвельта, ставшей основополагающим свойством последующего развития государственно-монополистического регулирования в США, выступило стремление «откупиться» за пороки капитализма минимальной платой. Так, общей чертой обоих важнейших видов социального страхования, по старости и по безработице, были изъятие из сферы действия закона больших групп трудящихся (сельскохозяйственные рабочие, домашняя прислуга, государственные служащие и др.), низкий уровень страховых выплат, недемократичность всей системы социального обеспечения. Пенсии по старости определялись размером в 85 долл. в месяц для лиц старше 65 лет. Учитывая, что средняя продолжителъность жизни в CHIA равнялась тогда 62 годам, злые языки окрестили их «пенсиями для покойников». Пособия по безработице в конце 30-х годов в среднем выплачивались 9,4 недели в год по 11 долл. в неделю, что составляло 36,6% заработной платы.
Несмотря на отмеченную ограниченность, государственно-монополистические и буржуазно-реформистские мероприятия «нового курса» имели реальное значение и оказали воздействие на ход исторического развития США. Особенностью государственно-монополистического регулирования периода «нового курса» являлось его буржуазно-реформистское обрамление, что отличало его от других известных вариантов ГМК 30-х годов — германского и итальянского. Имея в виду это обстоятельство, Советский автор писал, что «в США развивался совершенно отличный от фашизма вариант государственно-монополистической модели, несмотря на то, что и в этой стране появились ростки действительного фашизма, не получившие в силу многих обстоятельств большого развития».
популярные стихотворения

Политика нового курса

Политика «нового курса» Ф. Д. Рузвельта, направленная на преодоление глубочайшего в истории капитализма экономического кризиса, привела к оформлению как экономических, так и социально-политических основ государственно-монополистического капитализма в США. Одной из отличительных черт экономической политики Ф. Д. Рузвельта, запечатлевшейся наиболее ярко в законе о восстановлении промышленности (НИРА) от 16 июня 1933 г., являлся отказ от «размахивания дубинкой» в отношении монополий в пользу тесного сотрудничества с большим бизнесом в целях стабилизации рыночных цен, объема производства, унификации условий труда. В условиях банкротства частных банков государство щедро субсидировало корпорации, имея в виду приостановить свертывание производства и массовое увольнение рабочих. Антикризисная политика правительства, осуществлявшаяся в первую очередь за счет налогоплательщиков, породила хронический бюджетный дефицит. Так рухнула еще одна классическая заповедь буржуазной политики — сбалансированный бюджет. Бюджетный дефицит стал с тех пор краеугольным камнем государственно-монополистического регулирования и на протяжении вот уже более 50 лет выступает в качестве неизбежной, постоянно увеличивающейся и все более взрывоопасной платы за врачевание язв и пороков капитализма.
Дефицитное государственное финансирование стало источником и социальной программы государственно-монополистических мероприятий Ф. Д. Рузвельта. Он первым среди крупных политиков США увидел в социальных расходах не благотворительную акцию в отношении эксплуатируемых масс, а основополагающее средство врачевания все тех же экономических недугов капитализма, чреватых к тому же катастрофическими политическими последствиями. Одобренный его правительством в 1935 г. закон о социальном страховании престарелых, безработных, некоторых категорий нетрудоспособных был направлен, используя определения самого Ф. Д. Рузвельта, па «расширение покупательной способности фермеров и промышленных рабочих», на «заправку насоса», и, как следствие, на рассасывание перепроизводства товаров. Этой же цели должен был способствовать и закон 1938 г. о минимальных ставках заработной платы для некоторых категорий рабочих и служащих.
ведьма

Альтернативные варианты

Один из таких альтернативных вариантов, известный как «просвещенный индивидуализм», пропагандировался президентом США Г. Гувером. Правительство, согласно его взглядам, должно было «просвещать» труд и капитал относительно взаимовыгодных условий существования, понуждать их к добровольному сотрудничеству. Но он же был противником государственного арбитража во взаимоотношениях бизнеса, труда, потребителей. Гувер признавал значение федеральной резервной системы как средства борьбы с инфляцией, не отрицал, что государство в определенной степени должно способствовать рассасыванию безработицы, облегчению бремени фермеров. Но в целом он, подобно большинству республиканцев, твердо придерживался двух главных политических заветов «великой старой партии»: государство должно не ограничивать, а всячески поощрять индивидуальную инициативу; федеральное правительство не вправе отчуждать от властей штатов их традиционные прерогативы. В 1931 г., в разгар крупнейшего в истории капитализма экономического кризиса, он провозглашал: «Так же как ответственность за управление нацией ложится в нашей стране главным образом на плечи местных властей, социальная ответственность всей тяжестью ложится па плечи индивидуума. Если от индивидуума будут отчуждены его инициатива и ответственность, он лишится своей свободы и прав». Гувер утверждал, что частное предпринимательство сможет собственными усилиями справиться с экономическим кризисом, как это не раз бывало в прошлом. Действительность, однако, доказала полную несостоятельность предсказаний Гувера. Кризис 1929—1933 гг. раз и навсегда положил конец попыткам ликвидации ГМК и восстановления позиций буржуазного индивидуализма.
красивые строчки из песен

Государственно-монополистические тенденции

Государственно-монополистические тенденции в историческом развитии США были закреплены в годы первой мировой войны. «Переход к прямому государственному регулированию экономики и социальных отношений... — пишут об этом периоде советские историки, — свидетельствовал о том, что монополистический капитализм начал ускоренными темпами перерастать в государственно-монополистический капитализм». Доктрина государственно-монополистического регулирования получила к этому времени и идеологическое выражение в платформах двух буржуазных партий: республиканцы обозначили социально-экономический арбитраж и реформаторство государства как «новый национализм» (эта доктрина была сформулирована Г. Кроули и внесена в платформу партии Т. Рузвельтом), а демократы назвали свой вариант «новой свободой» (он был обоснован Л. Брандейсом и подхвачен В. Вильсоном).
Лидер демократов Вильсон, бывший президентом США с 1913 по 1921 г., не ограничивался требованиями, направленными на смягчение социальных конфликтов между монополиями и эксплуатируемыми массами. Он также считал необходимым бороться с эксцессами стихийного развития капиталистического рынка и производства. В частности, он был поборником федеральной резервной системы, которая являлась средством государственно-монополистического воздействия на финансово-валютную политику и должна была освободить капиталистическую экономику в целом от прихотей Морганов и других денежных «императоров» Америки. Вильсон признавал, что частное предпринимательство не в состоянии обеспечить полную занятость рабочей силы, и настаивал на развитии федеральных программ общественных работ, которые должны были смягчить один из главных пороков капитализма.
В 20-е годы в США наблюдается некоторое ослабление государственно-монополистического регулирования, а разрабатываемые в это десятилетие планы «индустриальной демократии» и социального патернализма мыслились как альтернатива государственно-монополистическим методам регулирования.
Лозанна

Практическая деятельность буржуазного государства

В своей практической деятельности буржуазное государство с самого начала изыскало средства «урегулирования» отношений между обществом и монополиями без ущемления экономического господства последних. Верховный суд США вскоре после принятия антитрестовского закона Шермапа 1890 г. провел различия между «неразумным» и «разумным» ограничением конкуренции, что означало легализацию процесса монополизации. Президент США начала XX в. Т. Рузвельт проводил разницу между «плохими» и «хорошими» трестами, а «великий реформатор» В. Вильсон — менаду «большим бизнесом», объявлявшимся положительным явлением, и «большими трестами», заслуживавшими осуждения. Все эти идеологические ухищрения санкционировали укрепление связей монополий и государства, ограничивавшего вопиющие злоупотребления и откровенно антиобщественную практику монополий, по поощрявшего рост их экономического и, как следствие, политического могущества.
Особенностью государственно-монополистического регулирования в США на раннем этапе являлось его развитие по преимуществу в сфере взаимоотношений между монополиями и немонополистической буржуазией, практически не включавшее в себя рабочего законодательства. Объяснялось это высокой активностью мелкой городской и сельской буржуазии, выступившей в качестве движущей силы реформистского движения на популистско-прогрессистском этапе (так обозначается в США период массовых движений за реформы в 1890—1914 гг.), с одной стороны, и пассивностью ведущего профсоюзного объединения АФТ, которое, следуя принципу «волюнтаризма», отрицательно относилось к расширению государственного вмешательства в отношении труда и капитала, — с другой. Вплоть до 30-х годов рабочее законодательство ограничивалось законами отдельных штатов, среди которых наиболее широко было распространено страхование от производственного травматизма и болезни. Зато США отстали на четверть и более века от капиталистических стран, первыми принявших наиболее важные рабочие законы (о праве пролетариата на коллективный договор и забастовку, о пенсионном обеспечении по старости, страховании от безработицы и др.).
Альбигойские Войны

Специфические черты развития

Критика буржуазных концепций социально-экономической политики американского государства в XX в. вряд ли будет удовлетворительной без всестороннего учета общих и специфических черт развития государственно-монополистического капитализма в США. В США процесс монополизации, выступивший в качестве материальной предпосылки и основы государственно-монополистического регулирования, развивался быстрее, чем в других буржуазных странах, что обусловило относительно раннее возникновение там государственно-монополистических тенденций. Еще в 1887 г. в целях упорядочения конкурентной борьбы между железнодорожными корпорациями в США был принят федеральный закон о государственном регулировании межштатной железнодорожной сети. В пользу закона выступили «просвещенные» монополисты, например Дж. Перкинс, заявивший: «Борьба за существование и выживание наиболее приспособленных является великолепной теорией, но наиболее приспособленным нужно самим выявить в борьбе между собой».
Накануне первой мировой войны в США было принято уже несколько федеральных законов, направленных на государственное регулирование деятельности монополий. Отличительная черта этих законов состояла в том, что они были расцвечены антимонополистической риторикой: это отразило и традиционно сильные позиции буржуазного индивидуализма в США, и широкий протест мелкой и средней буржуазии против произвола монополий, и демагогический характер буржуазного законодательства. Антимонополистическая фразеология остается и поныне своеобразным фасадом государственно-монополистического регулирования в США: в стране, где монополии достигли самых сильных позиций в мире, произнесено и больше слов против монополий.
Как выбрать профессию?

Противоречивые характеристики

Наличие противоречивых характеристик и черт ГМК, конечно, не отрицает его классовой сущности, которая заключается в защите экономических, социальных и политических интересов буржуазного общества на его высшей, монополистической стадии, по оно служат предостережением от прямолинейных оценок как государственно-монополистического регулирования, так и его идеологических обоснований. Апологетический характер современных буржуазных интерпретаций государственно-монополистического капитализма проявляется не столько в прямой фальсификации тех или иных конкретных фактов (хотя и это, конечно, имеет место), сколько в искажении соотношения его промонополистических и социально-реформистских сторон и затушевывании его истинной, классовой сущности.
Характеризуя эту особенность современных буржуазных апологий ГМК, советский исследователь отмечал: «Буржуазные идеологи делают упор на формально сходных аспектах и функциях социальных фондов государственно-монополистического капитализма и социалистических общественных фондов потребления, сознательно умалчивая при этом о различиях по существу, «забывая» о том, что одни и те же, формально сходные категории наполняются диаметрально противоположным содержанием в зависимости от характера общественно-политического строя, системы существующих экономических отношений, и прежде всего господствующих в данном обществе отношений собственности». Буржуазные апологеты искажают истину не тогда, когда показывают распространение систем социального страхования и вспомоществования при капитализме, а тогда, когда рассматривают их как продукт усилий «плюралистского государства», средство преодоления конфликта труда и капитала. Государственно-монополистическое регулирование видоизменяет взаимоотношения и противоречия между буржуазией и пролетариатом, но конечно же не устраняет их.
Селевкия основана как полис