Борьба в буржуазной идеологии

Борьба течений в буржуазной идеологии (как и буржуазный реформизм) сама была следствием экономических требований монополистического капитализма и острых классовых столкновений в монополизирующемся американском обществе.
Вышеизложенная интерпретация Голдмана получила широкое распространение среди неолиберальных авторов. Так, один из их патриархов, Г. С. Коммаджер, в монографии, посвященной «американскому мировоззрению» новейшего времени, писал об Уорде как о «первом крупном ученом, который попытался с научных позиций оспорить принципы государственного невмешательства, провести различие между естественным и общественным развитием», как об идеологе, который «вдохнул в целое поколение ученых и реформаторов веру в возможность усовершенствования общества». Уорд, по его словам, был провозвестником «новой свободы, нового курса и всех движений, ставивших целью реконструировать общество посредством государственного вмешательства». В период «нового курса», по словам Коммаджера, «правительство начало прокладывать путь к «социократии» (название идеального общественного устройства у Л. Уорда.), теоретические основы которой были разработаны за полстолетия до этого Л. Уордом».
Л. Уорд, Г. Кроули, Д. Кейис и другие «либерально-реформистские социал-дарвинисты» выступают у Голдмана в роли буржуазных просветителей. По их схемам и предначертаниям в США XX в. возводится «царство разума». А «просвещенными монархами» XX в. у него оказываются президенты США Т. Рузвельт, В. Вильсон, Ф. Д. Рузвельт, которые в отличие от своих лицемерных европейских предшественников XVIII в. действительно озабочены утверждением «государства всеобщего благоденствия» и потому с готовностью подхватывают идеи буржуазно-реформистских «просветителей».
Присущая неолиберальной школе персонификация буржуазно-реформистского курса получает, таким образом, двоякое выражение: ее интеллектуальными вдохновителями объявляются буржуазно-реформистские идеологи, а практическими творцами — такие президенты, как В. Вильсон, Т. Рузвельт, Ф. Д. Рузвельт, Дж. Кеннеди.
стихи о любви

Идея государственного невмешательства

Совершенно очевидно, что социал-дарвинистская доктрина и ее венец — идея государственного невмешательства означали апологию частного предпринимательства и ничем не смягченной эксплуатации пролетариата, неудачливой мелкой и средней буржуазии со стороны нарождавшегося монополистического капитала. Одновременно социал-дарвинизм выступил как изощренная, циничная форма идеологии буржуазного индивидуализма.
В конце XIX в. в американской буржуазной социологии выступило реформистское направление во главе с Л. Уордом, отводившее значительное место в общественном развитии субъективному фактору, целенаправленным усилиям личности, общественных групп, политических институтов. Оно требовало проводить различие между развитием естественного мира и общества, объявляя движущим фактором первого «естественный», а второго — «искусственный отбор». По Уорду, сам прогресс цивилизации оказывался возможным благодаря возрастающей роли в обществе методов «социального регулирования» и «планирования». Концепция Уорда и его единомышленников, названная Голдманом «реформистским социал-дарвинизмом», легла в основу идеологии государственного социально-экономического регулирования в США.
Нет смысла отрицать, что борьба индивидуалистического и реформистского направлений в американской буржуазной идеологии конца XIX — начала XX в. оказала определенное воздействие на развитие буржуазного реформизма в США: она склонила в пользу буржуазно-реформистских принципов некоторых буржуазных политиков и мыслителей, способствовала выработке философских и конкретно-политических буржуазно-реформистских положений. Было бы, однако, нелепо пытаться, как это делал Голдман, приписывать этой борьбе происхождение государственного социально-экономического реформаторства.
поэзия

Развитие буржуазного реформизма

Кроме того, большое значение в возникновении и развитии буржуазного реформизма они придают идеологическому, политическому, личностно-психологическому факторам. Как, например, трактует причины буржуазного реформизма Э. Голдман? Читателю, рассматривающему его возникновение и развитие с историко-материалистических позиций, это толкование покажется не только уводящим в сторону от проблемы, но и во многих отношениях крайне странным, непонятным и просто беспредметным. Действительно, вся история буржуазно-реформистских нововведений XX в. рассмотрена неолиберальным историком сквозь призму борьбы двух течений... в социал-дарвинизме — ортодоксального и реформистского. Все идеологи и политики, выступавшие в пользу расширения буржуазного социально-экономического законодательства, от Д. Дьюи и Д. Кейнса до Теодора и Франклина Рузвельтов, оказываются у Голдмана в первую очередь выразителями «реформистского дарвинизма». Большинство из охарактеризованных Голдманом героев буржуазного реформизма вряд ли согласились бы считать себя таковыми, что уяге свидетельствует о нелепости концепции неолиберального историка. Главный те ее порок состоит в том, что изображение борьбы двух направлений в социал-дарвинистской мысли как движущей силы буржуазного реформизма является откровенно идеалистической и даже фантастической интерпретацией важного исторического явления.
Действительно, социал-дарвинизм — это по преимуществу явление идейной истории США последней трети XIX в. Сущность социал-дарвинизма заключалась в перенесении законов биологической эволюции, открытых Ч. Дарвином, на общественное развитие. Общественные связи рассматривались социал-дарвинистами не иначе как сквозь призму «борьбы за существование» людей, выживания «наиболее приспособленных» среди них и гибели «наименее приспособленных». В своих социально-политических рекомендациях социал-дарвинисты решительно настаивали на полном невмешательстве государства в ход «естественного прогресса» и осуждали любые попытки облегчить участь «менее приспособленных».
красивые любовные стихи

Концепция Хофстедтера — Голдмапа

Концепция Хофстедтера — Голдмапа, которой их последователи придерживаются вот уже 30 лет (в «эру реформ» при этом включены 60-е годы — как десятилетие «новых рубежей» Д. Кеннеди и «великого общества» Л. Джонсона и 70-е годы как десятилетие реформаторских «успехов» Никсона и Картера), в глазах любого непредвзятого исследователя новейшей истории США отличается откровенной одиозностью. Действительно, XX столетие, как и вся предшествующая американская история, отмечено острейшей борьбой классов. Буржуазно-реформистские нововведения, которые для неолиберальных историков определяют содержание и направленность американской истории XX в., были защитной реакцией правящей Америки против революционных бурь нашей эпохи, экономических потрясений, преследовавших монополистический капитализм. Именно как защитная реакция буржуазных верхов, но не как движущая сила общественного прогресса и войдут они в анналы истории. Есть еще одна очевидная натяжка в концепции Хофстедтера: продолжительность реформистских вспышек преувеличена им во много раз; они действительно были вспышками, выдыхавшимися (за исключением «нового курса») через два-три года и охватывавшими не большую, а меньшую часть американской истории XX в.
Предельно искажены неолиберальной школой причины социально-экономических реформ в США XX в. Неолиберальные авторы, подобно большинству буржуазных историков, придерживаются концепции многофакторности при анализе причин исторических явлений. При этом они могут указывать и на важное значение экономического фактора: например, Голдман видел в буржуазном реформизме приспособление к процессам индустриализации и монополизации, а Хофстедтер рассматривал «новый курс» как реакцию на кризис 1929—1933 гг. и доказывал, что буржуазные реформы 30-х годов были предопределены независимо от того, кто находился у кормила государственной власти. Однако экономический фактор определялся неолиберальными историками, как правило, крайне поверхностно, с позитивистских позиций, в их схемах содержались зачатки технологического детерминизма, согласно которому технический прогресс при капитализме автоматически влечет за собой повышение экономического благосостояния и улучшение социального положения всех слоев общества.
стихи классиков

Определение сущности буржуазного государства

В признании за буржуазным государством всевозрастающей роли в регулировании социально-экономических процессов в ущерб «свободе» индивидуализма состоит главное отличие неолиберальной идеологии от учения классического либерализма. Однако при определении сущности буржуазного государства выразители неолиберализма, как и ортодоксальные либералы, исповедуют идею о его внеклассовой природе. Отсюда и положение о том, что простой отказ от формулы «государственного невмешательства» и наделение буржуазного государства широкими социально-экономическими полномочиями окажутся вполне достаточными для трансформации его в некое «государство всеобщего благоденствия».
Неолиберальные историки как раз и ставили своей задачей проследить утверяодение в США «государства всеобщего благоденствия» в результате расширения социально-экономической активности правительства. Утверждение «государства всеобщего благоденствия», согласно концепции Хофстедтера — Голдмапа, признанной «классической» в неолиберальной историографии, охватывает период с конца XIX в. до наших дней. Один из ее авторов, Р. Хофстедтер, окрестил весь этот период американской истории «эрой реформ» и определил его содержание следующим образом: «Если период американской истории от гражданской войны до 90-х годов XIX в. может быть осмыслен как преимущественно период промышленной и континентальной экспансии, то вся последующая эпоха... может быть рассмотрена как эра реформ. Стремление к реформам, питавшееся только поначалу идеалами прошлого и временно блокированное в 20-е годы, определило тонус американской политики на протяжении большей части XX в. Реформистские движения прошедших 65 лет (цитируемая книга Хофстедтера увидела свет в 1955 г. — В. С.) могут быть легко разделены па три главных эпизода: аграрное движение, нашедшее наивысшее выражение в популизме 90-х годов и кампании Брайана 1896 г.; «прогрессистское» движение, развившееся с 1900 по 1914 г.; «новый курс», динамическая фаза которого падает на ряд лет в 30-е годы».
поэзия

Рассмотрение видимых противоречий

Неолибералам свойственно рассмотрение видимых противоречий капитализма в отрыве от того механизма (различное отношение классов к средствам собственности и их различное положение в системе производства), который постоянно порождает социально-экономическое и, как следствие, политическое неравенство при капитализме. Они питаются иллюзией о возмояшости устранения или реального смягчения этих противоречий при помощи «исправления» буржуазно-индивидуалистических традиций, верований, институтов. Представители буржуазно-реформистской идеологии декларируют возможность выравнивания условий существования различных классов буржуазного общества, наделения при помощи государственного законодательства социально-экономическими «свободами» и «правами» представителей низших и наиболее угнетенных слоев этого общества, дополнения гражданского равенства социально-экономическим в рамках существующей, т. е. капиталистической, системы, па основе имеющихся институтов.
Идеологи неолиберализма исходят из Представления о примате политической надстройки в определении характера социально-экономических связей. Изменение функций государства и развитие буржуазного законодательства, с их точки зрения, достаточное условие для изменения традиционных форм общественных связей. Разрешение социально-экономических противоречий капитализма они связывают не с выработкой альтернативы его основополагающим социально-экономическим институтам, а с противопоставлением классической либеральной формуле «государство — ночной сторож», т. е. ограничивающееся во внутриполитической деятельности охраной прав собственности и личной безопасности, формулы «государство всеобщего благоденствия», т. е. наделенное функциями социального законодательства, регулирования процессов капиталистического воспроизводства и конкуренции, взаимоотношений между общественными классами.
классика поэзии

Теория циклической смены

Для объяснения буржуазного реформизма весьма часто используется и теория циклической смены «консервативных» и «либеральных» периодов в американской истории. Одним из ее авторов также является А. Шлезингер-младший. Теория либерально-консервативного «цикла» или «маятника» внешне настолько проста, что может быть проиллюстрирована любым американским школьником: в конце XIX — начале XX в. в США произошел взлет реформистских настроений и нововведений, затем, после первой мировой войны, наступил период их «консервативной консолидации»; в 30—40-е годы снова пришел черед реформистских обновлений, которые уступают в 50-е годы место волне консерватизма; буржуазно-реформистские курсы «новых рубежей» и «великого общества» 60-х годов сменились новой эпохой консерватизма, продолжающейся и по нынешний день. Теория либерально-консервативных циклов при всей ее внешней правдоподобности на поверку оказывается удивительно плоской и механистической, бесхитростно замешенной на идеях «американской исключительности».
Присущий неолиберальной школе, как и буржуазной исторической мысли в целом, методологический эклектизм оборачивается взаимоисключающими друг друга объяснениями буржуазного реформизма. Неолиберальные историки, как было показано выше, явно преувеличивают воздействие на ход общественного развития буржуазно-реформистской идеологии. Однако некоторые авторы вообще отрицают за идеологией сколько-нибудь существенную роль в американской истории, видят специфику последней в господстве в ней не идеологических, а глубоко прагматических мотивов, неискоренимого духа «экспериментаторства», который-де только и выступает в качестве «повивальной бабки» буржуазно-реформистских нововведений.
классика поэзии

Эпохи прогресссизма

Обозначая целые периоды новейшей американской истории по названиям буржуазно-реформистских курсов (в неолиберальной историографии XX век поделен на эпохи «прогрессизма», «новой свободы», «нового курса», «справедливого курса», «новых рубежей», «великого общества»), она вслед за этим объявлжт их творениями президентов-реформаторов. Вот как писал о происхождении «прогрессивной эры» биограф Т. Рузвельта Д. Маури: «В сентябре 1901 г. Теодор Рузвельт стал президентом Соединенных Штатов. Прогрессивное движение началось». Т. Рузвельт при этом наделяется чертами мессии («Рузвельт поднял к движению за реформы всю нацию»), героя-мученика («В окружении консервативного конгресса Рузвельт сделал все для успеха реформ») и одинокого борца за «справедливость» («Рузвельт был единственным президентом своего времени, имевшим мужество бросить вызов большому бизнесу»). Биографы В. Вильсона, Ф. Д. Рузвельта, Дж. Кеннеди используют абсолютно такие же оценки и выражения для характеристики своих героев.
Еще одна весьма распространенная идеалистическая схема объяснения реформистских курсов неолибералами — истолкование их как продукта конфликта внутри двухпартийной системы США. А. Шлезингер-младший доказывал, что независимо от того, какие партии соперничали в ее рамках на различных этапах американской истории, одна из них обязательно выступала в качестве выразительницы «специальных интересов», а другая — в качестве сторонницы «общего благоденствия» и реформистских преобразований. Все известные реформы в американской истории приписываются Шлезингером партиям—выразительницам идеалов «общего благоденствия» (джефферсоновским республиканцам конца XVIII — начала XIX в., джэксонов-ским демократам 30—40-х годов XIX в., демократической партии в XX в.).
стихи классиков

Неолиберальная утопия От Шлезингера-младшего

На втором этапе, в 30-е годы, неолиберализм включил в себя ряд новых концепций. Если идеологи неолиберализма начала XX в. уделили первостепенное внимание разработке программ, которые мояшо определить как социально-политическую часть государственно-монополистического капитализма, то их последователи 30-х годов сосредототелись иа экономических мероприятиях ГМК. Особенно активными среди них были представители «мозгового треста» Ф. Д. Рузвельта и близкие к ним идеологи: А. Берли, Р. Тагвелл, Д. Своуп, А. Гарриман, Р. Моли, У. Липпман, Т. Арнольд, Г. Гопкинс.
Законченный вид неолиберализм приобретает па третьем этапе своего развития, после второй мировой войны, когда он был «увенчан» целым букетом громких доктрин: «государство всеобщего благоденствия», «народный капитализм», «новые рубежи», «великое общество», «новое индустриальное общество» и др. В рамках неолиберализма на этом этапе оформлжтся и особое историографическое направление, полностью посвятившее себя теме становления и эволюции «государства всеобщего благоденствия» как стержня внутриполитической истории США XX в. Лидеры нового направления — А. Шлезингер-младший, Р. Хоф-стедтер, Э. Голдман — заняли самые престияшые места в бурягуазпой историографии США послевоенного периода, что свидетельствовало о важности истории буржуазно-реформистской деятельности американского государства.
Представители неолиберального направления опираются на теоретико-методологические принципы, присущие неолиберальной идеологии в целом. Следует остановиться на некоторых из них, оказавших наибольшее влияние на историков неолиберальной школы.
стихи о любви

Противоречивость социальной политики

Глубокая внутренняя противоречивость социальной политики американского государства обнаруживает несостоятельность концепции «государства всеобщего благоденствия» и связанных с ней доктрин, в частности доктрины о «конвергенции» общественных систем капитализма и социализма. Социальная политика социалистического и буржуазного государств диаметрально противоположна по своим целям: социальная политика социалистического государства имеет постоянной целью максимальное удовлетворение всех потребностей человека, поэтому ей чужды зигзаги и отступления, характерные для государственно-монополистических социальных расходов, которые при всей их объективной обусловленности и целесообразности находятся в остром конфликте с законом частнокапиталистического накопления, вынуждены отступать перед ним.
Противоречия, присущие социально-экономической политике буржуазного государства в эпоху империализма, ее оборотные стороны или игнорируются американской буржуазной историографией, или получают в ней извращенную оценку. Буржуазные историки не в состоянии постичь природу буржуазного реформизма и государственно-монополистического капитализма, а большинство из них просто не желают заглянуть за фасад «государства всеобщего благоденствия». Наиболее ярко это свойство апологетической буржуазной историографии проявляется в работах неолиберального направления.
Уже само название неолиберального направления, или неолиберальной школы, указывает на его связь с идеологией неолиберализма, одного из двух главных направлений в современной буржуазной идеологии. Неолиберализм имеет гораздо более длительную историю, чем неоконсерватизм. Зародился он еще на рубеже XIX и XX вв., когда целая группа бурясуазных экономистов, социологов, политологов (Л. Уорд, Э. Селигман, Р. Эли, Т. Веблен, С. Пэт-тэн, Г. Кроули) выступила с теорией либерально-реформистских преобразований как средства урегулирования взаимоотношений эксплуатируемых слоев и монополий и нейтрализации радикализма и социализма. В канун первой мировой войны либерально-реформистские принципы нашли отражение в идеологии двухпартийной системы, в первую очередь в платформе демократической партии.
поэзия

Концептуальное выражение

Именно неискоренимой приверженностью американцев к практическим экспериментам объяснял происхождение «нового курса» один из его наиболее известных неолиберальных исследователей — Ф. Фридел. При этом он отталкивался от той стандартной буржуазной концепции, что у Ф. Д. Рузвельта в момент борьбы за президентское кресло и в первые годы президентства вообще не было никаких представлений о способах выведения США из экономического и социально-политического тупика. Более того, доказывал неолиберальный историк, с точки зрения своего интеллектуального и идеологического багажа Ф. Д. Рузвельт ничем не отличался от республиканского президента Г. Гувера: твердо верил в сбалансированный бюджет, золотой стандарт и другие традиционные политические заповеди, свидетельствовавшие об его «фундаментальном консерватизме». Единственное, что, согласно Фриделу, отличало Рузвельта от Гувера, — это его дар политического экспериментатора, присущая многим американским политикам и благословенная для Америки способность смело взглянуть в лицо судьбе, поступать вопреки принятым догматам. Этот «американский экспериментаторский дух» якобы и позволил Рузвельту радикально обновить Америку.
Подход Фридела получил концептуальное выражение в президентском послании А. Шлезингера-младшего в Американскую историческую ассоциацию в 1976 г. Доклад озаглавлен многозначительно: «Америка: эксперимент или судьба?» В нем лидер неолиберальной школы полемизировал с романтической школой XIX в., обусловливавшей «избранность» Америки божьим предопределением, знаком судьбы. Но сам он создавал другой вариант «американской исключительности». Счастливая судьба США была предопределена, согласно его версии, способностью ее политических лидеров к постоянному эксперименту, лишенному идеологических канонов и позволявшему преодолевать самые разные трудности32.
стихи классиков

Обратная сторона социального обеспечения

Удачно охарактеризовали оборотную сторону этих программ советские авторы Н. В. Сивичев и Е. Ф. Язьков. «Лица, охваченные системой социального страхования, — пишут они, — имеют узаконенное право на получение пособий и в значительной мере сами создают фонды выплат. Однако миллионы трудящихся (сельскохозяйственные рабочие, домашняя прислуга, низший персонал учреждений здравоохранения и образования) не попадают в сферу действия системы социального обеспечения. Кроме того, для миллионов получателей страховые выплаты оказываются слишком низкими и кратковременными, чтобы обеспечить существование. Вот почему наряду с социальным обеспечением в США получила развитие система государственного вспомоществования бедноте и временно остро нуягдающимся гражданам. Эта система государственной благотворительности не дает никаких юридических прав и гарантий получателям выплат. Она строится в зависимости от того, какие круги буржуазии находятся у власти и как они понимают социально-политическую функцию вспомоществования на каждом конкретном этапе истории».
Справедливость этих выводов можно проиллюстрировать на множестве примеров. Программа государственного вспомоществования 60-х годов, вошедшая в обиход под широковещательным названием «войны с бедностью», сама разбилась о милитаристские программы эскалации войны во Вьетнаме. Не выдержала конкуренции с интересами военно-промышленного комплекса и программа государственного вспомоществования 80-х годов. Президент США Р. Рейган буквально обескровил важнейшие статьи государственной помощи беднякам, престарелым, нуждающимся детям, сократив их на десятки миллиардов долларов.
популярные стихотворения

Страхование по безработице

Проиллюстрировать это положение можно па примере системы страхования по безработице в США. «Суть «антициклического эффекта» системы страхования по безработице состоит в том, — отмечает советский экономист,— что в периоды кризисов суммарная величина выплачиваемых пособий значительно возрастает, что компенсирует в той или иной мере падение совокупного платежеспособного спроса, удерживает его на более высоком уровне по сравнению с тем, каким он мог бы оказаться, не будь указанных выплат. Тем самым социальные выплаты по безработице способствуют «укорачиванию» циклической фазы падения производства и выходу экономики из кризиса. Напротив, в фазе подъема в связи с расширением производства и увеличением занятости объем выплат пособий по безработице максимально сокращается, соответственно погашая избыточный спрос и предотвращая тем самым опасный «перегрев» экономики». Следует отметить, что обычные времена максимальные сроки выплат пособий по безработице в большинстве американских штатов (42 из 50) не превышали 26 недель. Однако во время «пика» экономических кризисов государство идет на временное продление этих сроков, с тем чтобы смягчить их социально-экономические последствия.
Современная система государственного социального обеспечения в США состоит из двух основных программ — социального страхования рабочих и служащих, основы которого оформились в 30-е годы, и государственного вспомоществования бедным и малообеспеченным американцам, получившего развитие в основном в 60—70-е годы. Обе эти программы и их многочисленные статьи сопровождаются всевозможными оговорками, условиями и недомолвками, которые ставят целью максимально снизить государственно-монополистические социальные расходы и создать благоприятные, насколько это возможно, условия для частнокапиталистического накопления.
красивые любовные стихи

Невыдержанность критики

Тезис о социальной благотворительности буржуазного государства не выдерживает критики и в связи с анализом источников пополнения государственно-монополистических фондов социальных услуг. Такой анализ показывает, что государственно-монополистические фонды социальных услуг формируются почти на 90% за счет налогов, т. е. в основном за счет поступлений от трудящихся (федеральный бюджет США формируется почти на 80% за счет индивидуального подоходного налога и налога по социальному страхованию и менее чем на 10% за счет налога на корпорации).
Необходимо указать на глубоко противоречивое отношение правящей Америки к государственно-монополистическим социальным расходам, как, впрочем, и к государственно-монополистическому капитализму в целом. С одной стороны, государственно-монополистическая система в интересах обеспечения своих долгосрочных классовых и экономических интересов должна идти па развитие программ социального обеспечения; но, с другой стороны, монополии, подчиняясь основополагающему закону капитализма — частнокапиталистического накопления, стремятся всячески ограничить социальные расходы правительства, поскольку они препятствуют полнокровному, «естественному» проявлению этого закона. Отсюда неравномерность и зигзагообразность в развитии политики государственно-монополистических социальных расходов, которые имеют тенденцию расширяться в острокризисные социально-экономические периоды и сокращаться в относительно спокойные времена.
аматорские стихи